Свалка: Одесским невольникам своего Спартака не дождаться...

Современное рабство Рабовладение и рабство. Термины, как будто сошедшие со страниц трудов Карла Маркса и учебников истории. — Какое рабство в XXI веке? — спросите вы. Капитализм да пережитки социалистического способа производства — это еще может быть. Но рабство?!. Давняя история, страшный сон человечества — всякие там колодки, кнуты, тавра на плечах, убийства, истязания и эксплуатация — сегодня этого просто нет! Однако не спешите делать столь категоричные выводы. Рабовладение — такой же признак нашего времени, как «МакДональдзы» и телевизор. И не только в далекой Африке, но и здесь, в Украине... Вот выдержки из традиционного доклада госдепартамента США, посвященного ситуации с торговлей «живым товаром» в мире, за 2005 год: «Украина является в основном страной-источником для мужчин, женщин и детей, продаваемых за границу в целях сексуальной эксплуатации и принудительного труда. Основными странами назначения являются Турция, Россия и Польша. Другие важные пункты назначения — Чехия, Италия, Израиль, Греция, Сербия и Черногория, Великобритания, Литва и Португалия. Продолжали поступать сообщения о торговле людьми внутри страны». Авторами этого документа Украина отнесена ко второй категории стран, где зафиксированы факты торговли людьми. Вторая категория — это «государства, правительства которых не в полной мере соблюдают минимальные стандарты, но прилагают значительные усилия для их выполнения». Сюда отнесено большинство постсоветских республик. По данным ООН и Интерпола, жертвами международных торговцев людьми ежегодно становится 600—800 тыс. человек. 80% из них составляют женщины и девочки, до 50% — несовершеннолетние. Большинство — рабов занято в индустрии коммерческого секса. По признанию специалистов, эти цифры не включают миллионы людей во всем мире, становящихся объектом торговли внутри стран их проживания. За забором с «колючкой» Крекинговая свалка на северной окраине Одессы. Здесь нет случайных прохожих — от городских кварталов полигон отделяет промышленная зона. Бетонный забор, вооруженная автоматами охрана, собаки... Владелец — некое СП «Обимет» — крупнейший европейский поставщик алюминия, занимающийся обработкой вторичного метсырья. Внешне все выглядит пристойно. Но надо бы заглянуть внутрь — что происходит там, за забором с «колючкой»? Рассказывает Сергей, 1954 года рождения, бездомный: — Я сбежал оттуда чудом, долго примазывался, показывал себя хорошим работником, и мне стали чуть больше доверять... Я бы никогда не решился рассказать о том, что видел, но недавно, ночуя у друга, увидел по телевизору объявление о пропаже человека. Это обычный парень из нормальной семьи... И мне кажется, я его узнал... Видел в яме... Что такое яма? Это выкопанная в мусорной куче пещера, которая на ночь закрывается решеткой, в ней содержат рабов, занятых на свалке. Нечто подобное российские военнослужащие видели в Чечне. На описываемой свалке в яме одновременно ночует до двухсот человек. Как туда попадают? По-разному. Кто-то жил там до того, как свалку забрали себе предприниматели, а бывает и так: «хозяева» высматривают бомжей на улице и предлагают, например, разгрузить поддон с кирпичом, обещая щедро заплатить. Вскоре завербованные понимали, что вырваться из лап новоявленных рабовладельцев не так-то просто. Кстати, родичей парня, опознанного Сергеем, мы нашли довольно быстро. Увы, о судьбе 27-летнего Игоря до сих пор ничего не известно. Вот уже второй год его мать, как на работу, приходит в райотдел милиции, чтобы услышать там неизменное: «Ждите... Ищем». — Это похоже на издевательство, — говорит Ольга Михайловна. — Мы искали его по моргам, больницам, подали заявление в милицию, прокуратуру — во все инстанции. Но никто не может ничего сказать. Нам даже труп не показали! Однако вернемся к рассказу Сергея. По его словам, поначалу, чтобы припугнуть, новеньких закрывали в будку машины ГАЗ-66 и проводили с ними «воспитательную» работу. После нее успокаивались даже самые строптивые. Рабочий день длился с восьми утра до одиннадцати вечера. Денег искатели металла — а они занимаются на свалке именно этим — не получали, но их по крайней мере кормили. За малейшие нарушения дисциплины применялись разнообразные наказания: от избиения дубинкой до травли собаками и даже... расстрела. — Там много закопано народу... Я пробыл на свалке несколько месяцев — при мне троих застрелили за попытку к бегству, — вспоминает Сергей. Шокирующее повествование Мы, конечно, попытались найти других свидетелей происходившего на свалке. Расспрашивали прежде всего бездомных — судя по всему, именно они являются главным объектом интереса современных рабовладельцев. К нашему удивлению, очевидцы нашлись очень быстро. — Да, я пробыла там 6 месяцев. Попала чисто случайно, — рассказывает Елена, 1950 г. р., бездомная, — собирала бутылки в районе Аркадии. Подъехали какие-то типы, спросили, не хочу ли я заработать «на бутылку». Я согласилась и села к ним в машину. Получила дубинкой по голове, а очнулась уже в яме. Елену отпустили, узнав о ее болезни — женщина больна открытой формой туберкулеза. Перед этим, правда, припугнули: узнаем, что проболталась, — тебе не жить. Рабовладельцы не учли, что терять бездомной с таким диагнозом нечего, — и вот Елена сидит перед нами и свидетельствует: — Били часто и порой ни за что... За требование обеда нас по нескольку дней не кормили, за промедление в работе, за слово, брошенное соседу. Били и просто так — для развлечения. Помню, был там один бугай, вроде Витей его называли, так он любил запереться в бараке с кем-то из наших и ломал ему по три-четыре ребра. Просто прыгал на грудь и ломал. Нескольких ребят после такого издевательства зарыли в яме у забора. Мы уже слышим упреки в предвзятости: мол, кого слушаете — бомжей. Да они вам и не такого наплетут! И правда: бездомные любят присочинить, у них даже есть свой неповторимый фольклор — о человеке-свинье, о живых мертвецах, о говорящих деревьях... Что им стоить придумать и про свалку с нелюдями-рабовладельцами? Однако слишком уж много таких рассказов, чтобы списать все это на буйную фантазию и желание подзаработать на интервью. Да и не только крекинговый полигон упоминают бывшие рабы. Таких свидетельств у нас несколько десятков. Кто-то вырвался из цепких рук рабовладельцев, забравшись на дерево, кто-то переплыл реку, кому-то пришлось убить охранника. Латифундии и плантации, на которых применяется рабский труд, можно найти на всей территории области. У нас есть информация о таковых в Ширяевском, Любашевском, Белгород-Днестровском районах, Одессе. Заметьте: речь идет не о т. н. сексуальной эксплуатации (хотя, к сожалению, она весьма распространена), а о классической — трудовой. При этом в роли рабовладельцев выступают порой весьма солидные коммерческие предприятия, вроде упоминавшегося СП «Обимет». Нет проблемы? Обнаружить современных рабов очень сложно. На той же крекинговой свалке нас ждало разочарование. Охранники, завидев посторонних, сразу схватились за автоматы. Мы попытались подробно объяснить цель визита и показали журналистские удостоверения. В ответ услышали угрозы применить оружие — дескать, частная собственность, охраняемая зона, пускать никого сюда нельзя. Спустя несколько дней та же история повторилась и со съемочной группой одного из центральных телеканалов. Отчаявшись получить информацию самостоятельно, мы обратились за помощью в милицию. Может, они что-то знают о происходящем? Вот как прокомментировала ситуацию пресс-секретарь областного ГУВД Ольга Богаченко: — Да, действительно, спорадические сигналы о таких фактах у нас имеются. Ими занимаются специалисты из отдела по борьбе с торговлей «живым товаром». Однако трудовая неэкономическая эксплуатация бездомных не носит системного характера, поэтому специальное подразделение создавать нет смысла. Как нам удалось узнать, в прошлом году бойцы группы «Беркут» провели рейд на одну из одесских свалок. Из ямы было освобождено свыше 15 человек. Нет системного характера, говорите? В благотворительном фонде «Дорога к дому», занимающемся реабилитацией бездомных и бывших заключенных, о проблеме современного рабства прекрасно знают. — Мы их всегда предупреждаем, — говорит сотрудник организации Андрей, — будьте осторожны при устройстве на работу, не давайте свои паспорта, если такие есть, хозяевам — те могут потом их вам не отдать, шантажировать, могут изорвать документы — бывало такое. Могут пообещать платить зарплату и кормить, а на деле будут давать лишь бутылку водки в день. Мы хотим на законодательном уровне решить вопрос о трудоустройстве граждан, не имеющих документов. Увы, пока они совершенно не защищены. Итак, как мы убедились, рабство в Одессе не только существует, но и весьма распространено. При этом правоохранители закрывают на происходящее глаза, делая вид, что ничего страшного не происходит. Упомянутое подразделение по борьбе с торговлей «живым товаром» занимается в основном препятствованием вывозу женщин и детей за рубеж, многочисленные же факты трудовой эксплуатации внутри страны остаются вне поля зрения милиционеров. Случайно ли все это? Когда мы начинали расследование фактов использования рабского труда, нас предупреждали: вы знаете, против кого идете? Да тот же «Обимет» — это структура, способная стереть в порошок любого зарвавшегося журналиста или следователя. Кроме того, многие рабовладельцы имеют отношение к контрабандному бизнесу и связаны с непризнанным Приднестровьем. Стоит ли с ними связываться? Может, и не стоит. Но люди, побывавшие в рабстве, не хотят молчать об этом — рабы не немы. А значит, нельзя молчать и нам. Сейчас в Одессе, по официальным данным, около восьми тысяч бездомных, из них около двух тысяч — работоспособные. Скоро на полях области начнутся сельхозработы, и уже в начале марта те, кто не может устроиться официально, начнут искать работодателей. Или рабовладельцев. Кому как повезет.

Виктор Босняк, "2000",
Додано:  17.03.2007, КВУ м. Одеса
Одеський регіон

Посилання на джерело